< вернуться к списку

Леонид Верещагин: «Мы работаем для того, чтобы создать вокруг «Легенды №17» атмосферу события»


18 апреля 2013 года начинается широкий прокат фильма режиссера Николая Лебедева «Легенда № 17», посвященного великим советским спортсменам – хоккеисту Валерию Харламову и его тренеру Анатолию Тарасову (дистрибьютор - компания ЦПШ). В эксклюзивном интервью для «ПрофиСинема» продюсер Леонид Верещагин рассказал об этапах создания фильма и том, как важен командный дух не только в спорте. 

 

Вита Рамм: 

В чем проявляется стратегическая помощь государства продюсерам для увеличения в прокате доли отечественного кино? 

 

Леонид Верещагин: 

Государство в последние годы системно наращивает масштабы господдержки. Создан Фонд кино, экономический агент Министерства культуры для решения тех вопросов, которые министерство, в силу своей правовой формы, решать не может. Благодаря этому, появляются фильмы-события: «Высоцкий. Спасибо, что живой», «Духless», «Метро», анимационные картины про трех богатырей. Без этой поддержки не запустился бы «Сталинград», мы не сняли бы фильм «Легенда № 17». А фильмы-события как раз и должны поднимать долю отечественного кино. 

 

Вита Рамм: 

Да, Фонд кино – удобная структура для продюсеров. 

 

Леонид Верещагин: 

Согласен. Но ведь важен еще и другой вопрос – а удобно ли это государству? Удобно ли нашему партнеру? Ведь партнерством можно считать лишь такие отношения, когда комфортно всем. Государство вправе ожидать, что на полученные нами деньги мы будем снимать кино, которое зритель захочет смотреть. А чтобы зритель пришел в кинозал на наше кино, мы обязаны гарантировать ему качество. Это первое. И второе: государство, вкладывая деньги в киноотрасль, вправе ожидать и какого-то возврата средств на развитие индустрии. Поэтому с 2013 года стали постепенно вводить возвратные механизмы, иначе это не индустрия, а собес. 

 

Вита Рамм: 

Но проблемы доли российского кино в прокате только продюсерам не решить. Отчетность кинотеатров, Интернет-пиратство сильно уменьшают долю. 

 

Леонид Верещагин: 

Государство делает все необходимые шаги по внедрению системы единого электронного билета. Годы ведь понадобились, чтобы убедить кинотеатры вводить систему, но теперь она уже на стадии отладки. Остается серьезнейшая проблема с пиратством в Интернете. Оно наносит каждому фильму, каждому продюсеру тяжелейший удар. Пока эффективного решения проблемы нет, и Россия не единственная страна, в которой существует интернет-пиратство, это вообще бедствие глобального характера. Но благодаря усилиям, в том числе, нашего продюсерского сообщества, об этой проблеме заговорили на самом высоком уровне, и в 2012 году на сентябрьском совещании Правительственного Совета по кино было решено создать соответствующую рабочую группу. 

 

Вита Рамм: 

Возрастной рейтинг «Легенды №17» 6+. Вы рассчитываете на самую широкую аудиторию? 

 

Леонид Верещагин: 

Потому мы и размещаем рекламу и на федеральных каналах, чтобы привлечь зрителей, которые помнят тот великий матч 1972 года и для которых имена тренера Анатолия Тарасова и игроков той легендарной сборной, а также их канадских соперников – не абстрактная история, а часть их жизни. И для зрителей старшего поколения мы акцентируем участие в фильме Олега Меньшикова, Владимира Меньшова, Нины Усатовой. 

Нам очень помогает руководство КХЛ (Континентальная хоккейная лига. В пятом чемпионате КХЛ принимают участие 26 клубов из России, Белоруссии, Латвии, Казахстана, Словакии, Украины и Чехии – примечание ПрофиСинема). Наши флаеры, постеры и ролики видят зрители всех матчей Континентальной хоккейной лиги. Так что спортивный мир, болельщики знают о фильме. Мы надеемся, что на фильм «Легенда № 17» они пойдут со своими семьями. 

 

Вита Рамм: 

А так ли важны теперь в продвижении российского кино федеральные телеканалы? Тем, кто смотрят вечерние программы, за 40, и они редко покупают билеты в кино. В зрительных залах аудитория явно моложе и о кинофильмах они узнают из Интернета, из социальных сетей или из рекламы непосредственно в самих кинотеатрах. 

 

Леонид Верещагин: 

Не могу с этим согласиться, так как телевидение по-прежнему наиболее действенный рекламный ресурс. Просто произошло перераспределение аудитории. Молодые телезрители смотрят близкие им по духу так называемые нишевые телеканалы – спортивные или музыкальные, СТС, ТНТ. Интернет, которым тоже активно пользуется молодежь – это важнейший современный ресурс, но его надо умело использовать. Если Вы обратили внимание на рекламу фильма «Легенда № 17», то заметили, что у нас развернута широкая кампания во всех ресурсах, ориентированная на все возрастные категории. 

Зритель ведь сам в кино не придет. Мы вместе с нашими партнерами, каналом «Россия 1», дистрибьютором картины компанией «Централ Партнершип», работаем для того, чтобы создать вокруг «Легенды № 17» атмосферу события. 

Думаю, поможет рекламной кампании фильма и нынешний звездный статус Данилы Козловского. Можно только порадоваться такому счастливому стечению обстоятельств, что уже вышел фильм «Духless», с которым молодой и талантливый актер стал столь популярен среди молодой аудитории. Потому вся рекламная кампания для молодежи строится на Даниле Козловском. 

 

Вита Рамм: 

Новому поколению зрителей вы показываете историю становления личности, что всегда в кино увлекательный процесс. Но как быть с любителями хронологии? Вас ведь могут поправить, мол, в фильме автоавария случилась перед матчем 1972-ого, а в действительности она была в 1976-ом… 

 

Леонид Верещагин: 

Да, кульминацией в «Легенде № 17» является историческое событие – первый матч советской сборной с канадцами, да еще в Канаде. Этот матч поменял, на мой взгляд, всю историю мирового хоккея. Но любой фильм, как мне представляется, интересен зрителю не своей социальной или исторической значимостью, а художественной. Для тех, кто озабочен фактологией, архивной точностью, есть документальные фильмы, книги, спортивные обзоры того времени. А в кинопроизведении возможны допущения, если они оправданы эмоционально, если они раскрывают суть человека, объясняют его поступки, реакцию и заставляют сопереживать зрителя. А главные эпизоды матча мы восстановили посекундно. 

 

Вита Рамм: 

Я видела фильм во время показа на Кинорынке. На мой взгляд, эмоциональным сопереживанием – столь редким теперь в кино состоянием – вы обеспечили зрителей сполна. Но давайте попробуем проверить вашу гармонию алгеброй. Расскажите о продюсерской части работы над фильмом. 

 

Леонид Верещагин: 

В идеале продюсеры проявляют инициативу и берут на себя ответственность за все, что происходит на проекте, от замысла фильма до его выхода в прокат. Как правило, этим занимается продюсерский коллектив. В процессе же работы над фильмом вас подстерегает огромное количество разнообразных рисков. Нужно найти баланс между многочисленными составляющими процесса создания фильма: творческой, производственной, организационной, финансовой, технической, наконец. 

Наш подготовительный период начался в 2011 году, и фильм был снят за 74, как и было запланировано, смены. Мы понимали, что главное в нашем фильме – характеры героев, ситуации, конфликты, а хоккей лишь фон. Но существенный фон, которому зритель должен поверить. 

Воссоздать правильный хоккей можно только на стадионах. Но там либо тренировки, либо матчи. А стадионы нужны были разные. Мы не могли на одной площадке снять весь путь Харламова и всю ту географию хоккея, которая была в сценарии. От детской спортшколы до арены «Montreal Forum» 2 сентября 1972 года. 

Надо было договориться со многими стадионами. Снимали в Новополоцке, в Бобруйске, в Москве, во Дворце Спорта «Крылья Советов». Заново построили открытый стадион Чебаркуля. При этом за все платили, тут уж ничего не поделаешь. 

И нам очень помогли в Белоруссии, где любят хоккей и помнят Харламова, предоставив для канадских эпизодов свою ледовую арену, построенную по образцу монреальской. 

На каждом стадионе мы меняли бортики, ведь в те годы они были другими, как и хоккейная амуниция спортсменов. Шили разные формы – сборных СССР, Канады, Швеции, отдельных советских клубов – ЦСКА, «Динамо», чебаркульской команды. Клюшки, коньки, щитки того времени – уже ретро. Все пришлось изготавливать. 

В сцене бега с быками, которую мы снимали в городке Питильяс под Памплоной, участвовало восемнадцать животных, включая настоящего боевого быка, который разносил в щепы все на площади. Такой бык опасней льва. Бежало же с быками больше сотни настоящих фанатов этого дела из клубов любителей «энсьерро», съехавшихся на съемки со всей Наварры. Для съемок этого эпизода в течение 4 дней пришлось установить практически по всему городу специальные тройные ограждения. На съемочной площадке дежурил усиленный наряд полиции, «скорые» и пожарные. 

 

Вита Рамм: 

Огромное впечатление на экране производит сам хоккей. Каждую секунду всех матчей сопереживаешь так, словно все происходит здесь и сейчас. 

 

Леонид Верещагин: 

Из 74 смен съемочного периода 42 были отданы хоккею, при этом, как надо снимать хоккей, не знал практически никто. Подумать только, во времена СССР, в стране великого хоккея, было снято не больше шести игровых фильмов о хоккеистах, а в наше время таких фильмов, по сути, и не было. 

Как только мы запустились в подготовительный период, сразу начали искать постановщика хоккейного балета в США и в Канаде. Там снимают много картин и сериалов про хоккей и специалисты востребованы. Нашли замечательного канадского постановщика, Джоди Стейсика и его команду. Для подготовки арендовали стадион и в течение трех месяцев канадцы ставили нам всю хореографию, которую вы видите в картине. Для съемок пригласили 100 экс-профессионалов, перворазрядников, активно играющих любителей. С ними и были поставлены эпизоды из 10-ти разных матчей. 

 

Вита Рамм: 

У меня было ощущение, что все на льду делают сами артисты. 

 

Леонид Верещагин: 

Наши двадцать артистов тренировались каждый день, для этого был создан специальный тренерский штаб. Актеры должны были не просто стоять на коньках, а хоть как-то играть в хоккей. Все они занимались, надо сказать, с большим энтузиазмом. Могу рассказать о Даниле Козловском. У нас насчет него были сомнения, потому что первая проба была не слишком убедительной. Но Данила так хотел сыграть Валерия Харламова, что и не получив быстрого утверждения, продолжал тренироваться на льду и в зале самостоятельно. И когда он через три месяца вновь появился на студии, увидев его, мы поверили, что никто лучше не сыграет главную роль. Такой профессионализм достоин большого уважения. Остается только пожелать молодому талантливому актеру без потерь пройти «медные трубы». 

 

Вита Рамм: 

У фильма «Легенда №17» вообще длинная подготовительная история. 

 

Леонид Верещагин: 

После просмотра американского фильма «Чудо» / «Miracle» режиссера Гэвина О`Коннора о том, как сборная США по хоккею завоевала золотые медали Олимпиады 1980-ого года, я подумал – а ведь и в нашей истории хоккея было чудо. Почему бы нашей студии, говорили мы с Никитой Сергеевичем Михалковым, не снять фильм о знаменитом матче 1972 года, о нашей советской хоккейной сборной, которую в мире называли «красной машиной», не знавшей поражений двадцать лет. Так началась работа длиной в семь лет – от замысла до выхода картины в прокат. 

 

Вита Рамм: 

Николай Лебедев рассказывал о том, как ему трижды предлагали разные варианты сценария. 

 

Леонид Верещагин: 

В 2007 году мы c замечательным автором Владимиром Валуцким сделали сценарий о хоккее, который, к сожалению, оказался неудачным и не был запущен в производство. Примерно в это время наши партнеры, молодые продюсеры Мел Борз и Светлана Дали принесли нам сценарий байопика о Валерии Харламове, и предложили работать вместе. Ребята горели этой идеей, вкладывали в нее все силы, время и душу. Мы год пытались спакетировать этот проект, но ничего не получалось, нас не оставляло ощущение сценарного тупика. Ребята не опустили руки, продолжали работать с авторами, и еще через год, когда мы мысленно уже распрощались с этим проектом, принесли новый, уже более структурированный вариант. Но, к сожалению, проект опять не складывался, и через какое-то время стало очевидно, что мы все равно движемся в неверном направлении. 

Тогда-то мы и обратили внимание на молодого автора Николая Куликова, который в это время работал на нашей студии над сценарием фильма «Шпион». Он привел своего товарища Михаила Местецкого, и вдвоем, отталкиваясь от предыдущих вариантов, они создали принципиально новый сценарий, который и лег в основу фильма. 

Они предложили вернуться к идее противостояния сборных СССР и Канады 1972 года и сделать главной составляющей сценария первый матч. Результат ведь и сегодня поражает, советская сборная тогда победила со счетом 7:3, а ход игры переломил Валерий Харламов, забросивший две шайбы. 

Свою же глобальную продюсерскую задачу я видел в том, чтобы вдохнуть в сценаристов и в более молодых коллег энергию и чувства, с которыми мы, жившие в ту эпоху, вспоминаем о самом матче. Потому что победа над канадской сборной объединила всех нас почти так же, как полет Гагарина – так ликовала вся страна. И Николай с Михаилом, замечательно владеющие искусством драмы, словом и чувством юмора, поймали это состояние и смогли его выразить в новой версии сценария. 

Я очень благодарен Мэлу и Светлане за их энергию, целеустремленность, умение и желание бороться за свои идеи. Без них, могу точно сказать, этот проект бы не состоялся и был бы закрыт после первого года работы над сценарием. Вместе с Сашей Харламовым, которого, кстати, тоже привели они, Светлана и Мэл вошли в продюсерский коллектив, продолжая делать для картины все, что только было в их силах. Я уверен, что на этой стезе их ждет большое будущее. 

Самое пристальное внимание уделял фильму генеральный продюсер картины и президент нашей компании Никита Сергеевич Михалков. С ним согласовывалось все, начиная от сценария до финального монтажа, в который он привнес много принципиально новых идей, работая с режиссером, убеждая его в правильности тех или иных решений. Никита Сергеевич был не только генеральным продюсером картины, но и справедливым арбитром, к которому мы с Николаем Лебедевым всегда имели возможность обратиться для решения спорных вопросов. Его мнение было для нас решающим. Он не жалел времени для нас, для картины, хотя сам уже плотно занимался работой над собственным проектом «Солнечный удар». 

 

Вита Рамм: 

Режиссер Николай Лебедев в киносообществе не был замечен в большой любви к спорту. 

 

Леонид Верещагин: 

Режиссеру Николаю Лебедеву мы предлагали снимать фильмы на нашей студии практически по каждому сценарию, который мы запускали, потому что в его талантливых картинах всегда прослеживается история и присутствует герой. К тому же Николай обладает редким умением создавать убедительную, достоверную атмосферу, для него в кадре не существует мелочей. 

Прочитав сценарий Куликова и Местецкого, он тут же позвонил и сказал, что готов работать. После чего еще четыре месяца он со сценаристами оттачивал каждый эпизод, пока глубокой осенью 2010 года мы все поняли – есть сценарий, есть режиссер, можно начинать производство. 

Если же говорить о вовлеченности Николая в процесс, о его отношении к производству – таких режиссеров в нашей индустрии единицы. Мы ведь сняли картину ровно за 74 смены, как и планировали – для такого масштабного, сложного фильма ситуация уникальная, профессионалы меня поймут. К примеру, Николай приходил на площадку раньше осветителей, чтобы отрепетировать и развести мизансцену до того, как начнут ставить свет. Все это вызывает огромное уважение. Работать с ним бок о бок каждый день в течение трех лет было увлекательным путешествием. Николай – талантливый и увлеченный художник, настоящий режиссер! Этим все сказано. 

 

Вита Рамм: 

В ожидании вашего фильма я прочитала книгу Валерия Харламова «Три начала», но о беге быков там ничего нет. Поэтому хочу спросить, а как родственники отнеслись ко всем биографическим допущениям? 

 

Леонид Верещагин: 

Как я уже говорил, сын Валерия Борисовича – Александр – вошел в наш продюсерский коллектив. Нам очень помогала, консультировала Татьяна Борисовна, сестра Валерия. Мы многократно общались с Татьяной Анатольевной Тарасовой. Она также читала сценарий и его одобрила. Снимать фильм о таких людях без согласия членов их семей невозможно. 

 

Вита Рамм: 

Не могу не попросить рассказать об Олеге Меньшикове. Столь дерзкое продюсерское решение удивило, а во время просмотра фильма очень радовало, так как ни на минуту не было сомнений, что на экране Анатолий Тарасов. 

 

Леонид Верещагин: 

Фигура Анатолия Тарасова – ключевая в советском хоккее. Характер, судя по воспоминаниям спортсменов, коллег-тренеров, чиновников, болельщиков – яркий и бескомпромиссный. С одной стороны, играть такую персону – огромное творческое счастье, но и ответственность. Мы заговорили с Николаем про Меньшикова, потому что я находился под впечатлением от потрясающей игры Олега в картине «Утомленные солнцем 2». Мы посмотрели с Николаем несколько сцен из готовившегося тогда к выходу фильма. После этого Николай встретился с Меньшиковым, и вопрос был решен. Мне кажется, Олег идеально сыграл в «Легенде № 17» - глубоко, тонко. Вот и Никита Сергеевич, увидев отснятый материал, отметил: «Да, поймал, точно почувствовал!». 

 

Вита Рамм: 

Предполагается ли иностранный прокат фильма? 

 

Леонид Верещагин: 

Мы сняли универсальную историю о том, какой путь должен пройти молодой и талантливый человек, в поисках ответов на вопросы и на вызовы, которые перед ним ставит жизнь. Мы снимали фильм о том, что любим, чувствуем. А фоном был хоккей. Конечно же, у фильма будет международная судьба. 

 

Вита Рамм: 

В Вашей впечатляющей творческой биографии нет фильмов, за которые можно было бы краснеть. 

 

Леонид Верещагин: 

Начиная с первых моих шагов на «Мосфильме» в далеком 1982 году, я работал с выдающимся кинорежиссером Эльдаром Александровичем Рязановым, с ним я трудился на 4 его картинах. На фильме «Вокзал для двоих» я познакомился с Никитой Сергеевичем Михалковым. В 1987 году мы создали одну из первых частных кинокомпаний в России «Студию ТРИТЭ Никиты Михалкова» и на сегодня я участвовал в создании 10 картин Никиты Сергеевича. Для меня работа на этих картинах не просто фильмография, это путь длиною в жизнь. 

     

Кроме того, мне довелось работать в разных качествах с замечательными режиссерами - Сергеем Соловьевым, Джаником Файзиевым, Владимиром Хотиненко, Андреем Малюковым, Филиппом Янковским, Алексеем Андриановым, Иваном Пассером, Иржи Менцелем, Фредом Скепси, Филиппом Нойсом, Робертом Земекисом, Кэтрин Бигелоу. Так вела меня жизнь. 

Сегодня я испытываю огромное чувство радости и благодарности ко всем, кто разделял наше желание снять фильм «Легенда № 17» и бок о бок работал с нами в течение всех этих лет. Это огромный коллектив творчески одаренных людей, выдающихся, я не преувеличиваю, выдающихся специалистов, где все верили друг в друга и поддерживали друг друга на этом сложном пути. 

У нас на Студии ТРИТЭ Никиты Михалкова давно сложилась замечательная команда профессионалов, к тому же, единомышленников, для которых в кино нет непосильных задач. И съемочная группа фильма, каждый ее сотрудник работал, не жалея ни сил, ни времени, ни творческой энергии. Что получилось, судить теперь зрителю.

 

 

Наверх